Я вежливо вхожу в полночный ваш разлом,

Где город задыхается в бреду.

Я чищу этот мир, забытый божеством,

И в самый нужный миг я к вам приду.

Я вшил осколки звёзд в сухую вашу кожу,

Чтоб статика во тьме не так сильно жгла.

Я вашу боль на ровные сегменты множу,

Чтоб тишина уютней на руины прилегла.

Нет ангелов в цеху, где крутятся колёса,

Лишь я слежу за точностью надреза.

В моей заботе нет ни тайны, ни вопроса,

Только холодная симметрия железа.

Я — несомненно, добрый персонаж,

В музее ваших маленьких трагедий.

Я ваш распад беру на карандаш,

Средь вежливых и призрачных соседей.

Я сущности вожу сквозь чёрные порталы,

Туда, где время не имеет больше веса.

Я видел, как вы все чертовски здесь устали

Внутри большого, мёртвого процесса.

Я вышвырнул ваш страх в открытое окно,

До первого звонка и до пожара.

Ведь падать в бездну — это так умно,

Когда летишь без памяти и дара.

Никаких ключей.

Никаких имён.

Только вежливый, мёртвый закон.

Простите, что лицо теперь в крови,

Я просто помогал вам приземлиться.

В объятья бесконечной нелюбви,

Где тишина — единственная птица.

Ну что вы замерли?

Уж поднимайтесь, я молю.

Я просто этот мир... терплю.